ПЕЧЕРСК


тор браузер на русском
Аланы 5

Аланы 5

Ересь о Киеве, Петр Семилетов 2015

А ведь потомки сих Аланок, тоже с вытянутыми головами, видны на портретах жителей Украины и окрестностей за 17-18 века. Тоже искусственная деформация?

Вытянутые, длинные черепа Аланов находят всюду, где обитала эта ветвь Сарматов - в нынешней Франции, Австрии, на Кавказе, Киевщине68. Археологи находят эти черепа и повторяют - искусственная деформация.

А ведь довольно сравнить древние, гармонично сложенные вытянутые черепа и черепа в самом деле искусственно измененные, у разных африканских племен - огромная разница. Да и не только у африканских - во Франции этим занимались даже в 19 веке. Верно, подражали давним Аланам, для некоторых представителей которых такие черепа были прирожденной нормой.

Часть найденных в Европе вытянутых черепов археологи относят к Хуннам. Такие же черепа, только одни наука называет аланскими, другие - хуннскими. И про Хуннов тоже говорит - это искусственная деформация черепа! А когда по черепу воссоздают облик, то Хуннам рисуют узкие глаза -мол, монголоиды, а Аланам - пошире. Или лепят подобное из гипса.

Но меня занесло в сторону.

Пехоте Тавроскифов у Льва Диакона несколько противоречат конные Роксоланы у Тацита, ибо Тацит, говоря о Роксоланах как о народе, произошедшем от Сарматов (Rhoxolani, Sarmatica gens), описывает их как замечательных в конном бою, и беспомощных в пешем - так, по крайней мере, было, когда Роксоланы вторглись в Мисию во время Оттона и Ви-теллия. А по всем прикидкам Роксоланы и Тавроскифы один народ.

Но всё зависело от времени и места. Воевавшие с римлянами Сарматы были с головы до ног защищены кольчугой, в кольчуги же одевали и лошадей, покрывая глаза их продырявленными кружочками. Затем мы видим сарматских воительниц и воинов в кожаных латах с металлическими пластинами. Что до конницы, то если сведения Константина Багрянородного верны и Росы покупали лошадей у Печенегов, значит сами были в этом деле не очень-то. Может и Роксоланы - Росы, смешанные с Аланами - тоже не шибко делали ставку на конницу, хотя в летописях есть упоминания о ней, причем в непосредственной связи с князьями Вещим Олегом, Игорем и Святославом.

Ученые относят Аланов к иранозычным. Это поспешный и слишком общий вывод, верный вероятно к Аланам, обитавшим около Кавказа и смешавшимся с Иранцами. Но те Аланы, что жили по Днепру, были Славянами со славянским языком. Доказательство очень простое.

Мы знаем из летописей, что здесь жил славянский народ, именуемый Поляне. Довольно отбросить «п» и получить Оляне, те же Алане. Только так могло образоваться название «Роксоланы». Ибо Росы соединились с Аланами.

Более того, доводом для отождествления Аланов и Полян, помимо совмещения по месту и времени, служат былины. В них встречаются женщины-воительницы, именуемые «поля-ницы».

Былины порой освещают седые времена с фотографической точностью, беда лишь в том, что нынешние представления о седых временах совсем другие, и былинная правда

воспринимается сказкой.

Верны былины в географии, они знают, например, киевскую речку Почайну под именем Пучайки или Пучай-реки. Былины же именуют Илью Муромца - казаком. Подобно Нартам, старинному богатырскому народу из преданий Осетинов, наши богатыри смотрят вдаль через подзорные трубы. Когда какой-нибудь богатырь приезжает, скажем, к черниговскому князю, тот спрашивает - ты коей земли, коей орды будешь?

Едет Добрыня Никитич в чистом полюшке, встречает поля-ницу удалую, Настасью дочь Никуличну, и лупит ее в голову[55]:

На кони сидит же поляница, сворухнуласе И назад же поляница оглянуласе,

Говорит же поляница да удалая:

«Думала же, русскии комарики покусывают,

Ажно русскии богатыри пощалкивают!».

Ухватила тут Добрыню за желты кудри,

Сдернула Добрынюшку с коня долой А спустила тут Добрыню во глубок мешок,

А во тот мешок да тут во кожаной,

А повезе же ейный было добрый конь,

А повезе же он да по чисту полю.

Далее конь разговаривает с поляницей - такие же говорящие лошади постоянны в преданиях Осетинов про Нартов.

Поляницы в былинах - не редкая диковинка, а постоянная героиня. Более того, в былине про Ставра сказано:

Солнышко Владимир князь стольнё-киевской Задернул он почестный пир На всих князей, на бояра,

На всих могучиих богатырей,

На всих поляниц да удалыих.

Соезжалися на почестный пир Вси князи и вси бояра,

Вси могучии богатыри,

Вси поляницы удалыи.

Знали сказители и Роксоланов - в былине «Соловей Будими-рович» этот Соловей, вернувшись в Киев с моря Черного, призывает свою дружину - скидывайте с себя кожанки лосиные,

надевайте кафтаны роскурлань-сукна! Былины помещают в наше Подолье некую Марью лебедь белую, подолянку да коро-левичну, русскую красавицу, по всем повадкам - сарматскую воительницу.

Всё найдется в былинах - распри со славянской тогда Литвой, странные отношения с Ордой, Батый (Батыга), какие как брались дани, какие одежды носились. Спелись в былинах исконно скифские и сарматские земли - Днепр и Дон, как небо отражается в реке, так в былине отразилось аланское прошлое Киевщины и язык старославянский, тот самый «церковный»69:

Как тот ли этот князь стольне-киевской А сделал он задернул свой почёстный пир.

Как вси-то к ему на пир собиралиси,

Вси там на пиру наедалися,

Как вси там на пиру напивалися,

Стали там оны вси пьянёшеньки,

А стали вси оны веселешенки,

Князи вси бояра-то русийскии,

А тыи-то могучи вси богатыри,

Как вси-то они ведь там расхвастались.

Как тут была межу има А тая эта Непра королевична.

Как-то тая Непра королевична Как говорит промолвит таково слово:

«А нету зде стрельцов добрых молодцов Противо меня Непры королевичной!

Силою да нету ухваткою

Против стараго казака Ильи Муромца,

А красотою еще было угожеством Противо ведь Михайлы Потыка Иванова,

А тишиною говорить смиреньицом Противо Добрынюшки Микитица,

А нету-то видь еще богачеством Против-то ведь Дюка Степанова,

А нету-то да ведь смелостью Противо смелаго Алешеньки Поповича,

Поступкой походкою пощапкою34 Противо-то Чурилки щапа Плёнкова». Сама она еще не спохвалила А тихаго ведь Дона-то сына Иванова,

А своёго-то мужа любимого.

Как тихий тут Дон сын Иванович А говорит промолвит таково слово:

«Ай же ты да Непра королевична!

Когда же ты охвоча-то была удалая Стрелять-то было стрелочок каленыих, Пойдём-ко мы с тобой на чисто поле, Станем стрелять стрелочок каленыих, Который ведь стрелять видняе-то?»

Как тут-то тая Непра королевична Взимет тут-то ножичок булатныи,

Как тое-то колечушко серебряно,

Относит что за версту за мерную, Натянула тут она свой да тугой лук А клала ёна стрелочку каленую,

Стрелила тут за версту за мерную, Попадала в колечко-то серебряно,

И росколола ёна стрелочку равным равно, Да равным то равно стрелку на двое.

А клали половинки на весы они,

Никоя никоёй не перетягивать.

Как тихий тут Дон сын Иванович, Розгорелось ёго сердце богатырское,

Как скоро натянул свой он тугой лук, Кладывает стрелочку каленую.

Как начал тут Дон сын Иванович.

Начал он стрелочкой помахивать А начал ведь-то сам выговаривать:

«Ай же ты моя любима калена стрела! Пади же ты не на воду, не на землю,

А ты пади ко Непры королевичной,

А ты пади же ей во белую грудь».

Как тут-то тая Непра королевична Как тут-то ведь она да прослезиласи А тут-то ведь она порасплакалась:

34Щегольство.


«Ах тихий ты Дон сын Иванович!

А не стрели-тко ты меня Непры королевичной.

Да несу я ти сына любимого,

А по колен-то ноженьки во серебри,

А по локоть-то рученьки во золоти,

А по косицам текут будто звездышки,

На зади-то возсият будто светел месяц,

Впереди-то как будто солнышко».

Как розгорелось ёго сердце богатырское,

А ничего тут он ведь не последовал.

Как скоро он стрелил ю во белую грудь,

Как пала тут она на сыру землю,

Облилась она кровью тут горючею.

Как тихий тут Дон сын Иванович Взимает он ножищо тут кинжалищо, -Ино ль то ведь еще правда ль есть?

Пластал-то он ведь ей да белую грудь.

Как было-то ведь тут да до правды бы:

Засиян-то ведь во чреви тот сын-то был,

По колен-то ноженьки во серебри,

По локоть-то рученьки во золоти,

Назади просвичать будто свитёл месяц,

Впереди еще как там солнышко.

Как взял это ножищо он кинжалищо,

Становил он-то ножик ведь супротив себя,

А становил он ножик, выговаривал:

«Да куды пала головка белой лебеди,

А тут пади головушка сера гуся».

Пал он на ножищо тут кинжалищо,

Да тут-то им пришла е горькая смерть.

Как от их-то от крови от крестьянскии,

От крестьянскии крови безнапрасныи,

Как протекала тут да Непра река.

В глубину река двадцати сажон,

А в ширину река сороки сажен.

Только-то ведь Донушку славу поют,

А той ли этой Непры королевичной.

Тут-то их да жительство решилоси.

И складывались эти былины да во времечко, когда Сарматы, коих всех ученые объявили «ираноязычными племенами»

и отодвинули далеко в прошлое, говорили одним языком с нашими богатырями, сиживали с ними за одним столом, и были если не всем здешним народом, то доброй его половиной. И если «поляница» - это Аланка, то былинный казак - это «ас» или «аз», такой же Алан. Поныне в Ближних пещерах лежат останки, приписываемые «старому казаку» Илье Муромцу.

Это странные останки. Их ведь изучали, во время Перестройки, и пришли к выводу, что Илья вообще не мог ходить из-за некоего заболевания позвоночника (я не мог найти подробности). Рост Муромца был 177 сантиметров. Необычно толстые кости черепа - лобные, теменные, затылочные. Выдержат, по словам проводившего исследование судмедэксперта Сергея Никитина, удар молотком, от которого у другого человека будет черепно-мозговая травма, вдавленный перелом.

Такие же необыкновенно большие и кисти рук. Более мощные запястья и ключицы.


Назад----- Вперед







© Copyright 2013-2015

пишите нам: webfrontt@gmail.com

UA | RU
тор браузер на русском