ПЕЧЕРСК


тор браузер на русском
ГЛАВА V СОДЕРЖАЩАЯ ИСТОРИЮ КИЕВСКОЙ ИЕРАРХИИ 9

ГЛАВА V СОДЕРЖАЩАЯ ИСТОРИЮ КИЕВСКОЙ ИЕРАРХИИ 9

В сие время запорожские козаки ревностно вступились за гонимых католиками и униатами православных и, дыша мщением, начали делать набеги на Польскую Украину.* Прежние их гетманы зависели от утверждения польских королей, по Конституции, данной им от короля Стефана Бато-рия. Но Баторий никого не стеснял в исповедании веры, а преемник его Сигизмунд III при неспособности своей к благоразумному правлению был страстный ревнитель католицизма и гонитель свободы веры. Он явно покровительствовал и уполномочивал унию и помогал гонительному ее духу. Поэтому-то козаки, как скоро заметили в нем сию слабость, то при первом еще открытии униатского умысла не захотели уже относиться к Польской Короне и в 1593 г. сами себе избрали гетмана Косинского, который в войне с поляками 1594 г. пал на месте сражения под местечком Пяткою. Преемник его, гетман Наливайко, еще яростнее отмщал полякам и наипаче разорял митрополичьи и единомышленных ему епископов и духовных волости, разбил высланного против него коронного маршала Жолкевского под Белой Церковью, но после, при Лубнах, сам ему попался в плен и в 1597 г. в Варшаве сожжен в медном котле, а по сказанию других, посажен на кол. Дабы отнять у православных и сию подпору и защиту православию, Генеральный Сейм польский еще в 1596 г. определил было истребить всю Запорожскую Сечь, однако ж она стекавшимися к ней гонимыми православными столько уже усилилась, что Определения сии были тщетны, и для укрощения их Коронный Сейм 1601 г. принужден был паки возвратить им привилегии.

Вместе с сим началась война писателей православной церкви с униатскими и католическими, продолжавшаяся даже до новейших времен. Защитой православия отличились: Львовский епископ Гедеон Болобан; Киево-Печерские архимандриты Никифор Тур и Захарий Копыстенский; некто Христофор Вронский под именем Христофора Филалета и клирик острожский; Стефан Зизаний Корецкий и Василий Суражский, протопопы; Азарий Хира и Максим, священники; Андрей Мужиловский, протопоп Слуцкий, и Геласий Диплицкий, иеромонах, после бывший архиепископ Мелетий Смотрицкий; архиепископ Лазарь Баранович; архимандрит Иоанникий Галятовский и многие другие. С противной стороны были: греко-католик Петр Аркудий; униатский епископ, после бывший митрополит Ипатий Поней; иезуит Петр Скарга; Лев Кревза; Ян Дубович; Михаил Цихович; Феофил Рутка; Иосиф Велямин Рутений, Иаков Суша; иезуит Ян Алоизий Кулеша; Бойм; Скуминович и иные. В сих спорах часто выступали из границ благопристойности и кроткого рассмотрения наипаче отступники.

Весть о сем несчастном перевороте в Киевской иерархии скоро дошла и до восточных православных патриархов. Ибо экзарха Александрийского Мелетия архимандрит Кирилл Лукарь, отправясь из Острога на восток, всем им донес об этом. Константинопольским патриархам, в сие время весьма часто переменявшимся, не было ни времени, ни способов оказывать защиту и покровительство киевской православной церкви, но Александрийский Мелетий, узнав, что главным мятежником в сем деле был некий Владимирский епископ Ипатий Поцей, прислал к нему от 15 октября 1599 г. с тем же своим экзархом Кириллом увещательную грамоту с опровержением римских толков и с молением его отстать от них и обратиться к православной церкви. Ипатий долго молчал и, уже по вступлении своем на митрополию в 1601 г., ответствовал ему пространной грамотой с насмешками, грубостями, ругательством восточной церкви и всех тогдашних ее пастырей, оправдывая себя всеми обыкновенными у римлян доводами, софизмами и даже лживыми историческими ссылками и проч.

Между тем, униаты старались наипаче истреблять православное духовенство. Ибо некому уже было посвящать оное, кроме оставшихся верными двух епископов, Львовского Гедеона и Перемышльского Михаила, снабжавших еще церкви 186 причтом, антиминсами и св. миром, но из отдаленных провинций трудно и опасно было до них доходить. Посему иногда рукополагали священников киевских и других греческие архиереи, приезжавшие в Молдавию и пограничную Польшу, а часто церкви и приходы надолго оставались без священства и Божией службы. Сами прихожане, утесняемые за православную веру, были принуждены или скрывать, или оставлять оную, так что из 4 миллионов православных, бывших в Польше, Литве и Белоруссии, при царствовании Си-гизмунда III до половины обращено было или в унию, или в католическую веру187, и после того продолжаемо было. Но народ терпел и покорялся, а шляхта православная, вышед из терпения, в первую среду по Пятидесятнице (мая 30) 1599 года собравшись в Вильне с шляхтою протестантскою, равно тогда гонимою и утесняемою, составили Конфедерацию и написали акт декларации, в котором разительно исчислили все ужасные той и другой стороне обиды, притеснения и насилия и заключили договор: друг друга защищать на Сеймах, в трибуналах и перед королем, а для защиты избрать провизоров, или попечителей, о церквах и в случае нужды съезжаться для того на Синоды общие. Акт этот подписан 168 особами шляхты, в числе коих греческой веры было 17, а протестантской—12 сенаторов, скреплен всех печатями, и подлинник по записаний в городовые книги отдан для хранения в кенигсбергский Королевский архив Радзивиловский. По силе сей-то Конфедерации так называвшиеся в Польше и Литве диссиденты, или иноверцы, на каждом Сейме сильно оспаривали и обличали гонителей и часто исторгали у них себе снисхождение и терпимость, но ненадолго, как ниже показано будет. Ибо гонители всегда превозмогали их.

Митрополит Рагоза умер в 1599, а по сказанию других — в 1600 г. в Новогродке Литовском. Ибо он не смел уже жить ни в Вильне, ни в Киеве, а потому от некоторых и называем был только Новгородским митрополитом. Захарий Копыс-тенский в Палинодии своей пишет, что он во всю жизнь раскаивался и, мучась совестью, хотел обратиться к православию, а при смерти отрекался от своей грамоты предательской папе и желал искренне покаяться православному духовнику, но не допустили униаты. В цесарских делах московского Иностранного архива записано также, что еще вскоре после решительного 1594 г. униатского Собора, когда русские послы ехали в 1595 г. через Польшу к австрийскому императору, то Рагоза в июне прислал к ним архидиакона Григория сказать, что он желал бы с ними видеться, но опасается поляков, для того что он и все православные в гонении, а папа от короля и панов польских и литовских требует, чтобы одна была церковь римская, и потому он, митрополит, хочет уже оставить митрополию и заключиться в монастырь. Папа же намерен прислать на место его своего римского епископа. Послы уговаривали его стоять твердо в православии и не оставлять престола, но страх поколебал его дух188, и в следующем же месяце июле он представил королю Соборное Определение на утверждение, как выше уже сказано.

На место Рагозы избран и королевской привилегией утвержден 8 апреля того же года, а с дозволения папы посвящен, Владимирский и Брестский епископ Ипатий Поцей, главный поборник унии, издавна уже приуготовленный к преемству сему титлом прототрония, или первопрестольника, то есть старшего по митрополите в иерархии. Он правление свое начал гораздо жесточайшим гонением православных: протосинкела Никифора поймал и сослал на заключение в Мариенбург, город прусской Польши; исходатайствовал у короля указ, чтобы не возводить на духовные начальства не учившихся в школах, но православным запретить обучаться в польских училищах. Один только епископ Львовский Гедеон Болобан сильно ему противился, так что Поцей, не возмогши покорить его, прибегнул к защите папы Климента VIII, который на его просьбу отвечал ему от 25 января 1601 года, что он писал о том королю Сигизмунду и поручил еще ходатайствовать у него Рижскому своему епископу и нунцию189. Взаимно и Поцей старался услуживать папе всеми способами. По его ходатайству в 1604 году королевским указом отдана католическому Киевскому бискупу целая часть Киево-Подола, за каналом к горе Щекавице, под которой находился и дворец бискупский, а бискуп вслед за тем отнял из-под магистратского ведомства и все пространство со дворами до Иорданской Оболони, потом овладел и сим местом, присовокупив к оному и все урочище Кожевников.* Урядники его заняли замок на Кудрявце, принадлежавший православным митрополитам, и вступили в управление всеми митрополичьими угодьями. В то же время католические монахи по всем русско-польским и литовским провинциям начали заводить свои монастыри, а орден Доминиканских Странников по булле папы Климента VIII открыл во Львове под именем Иакинфовой Русской Провинции Главный капитул, которому подчинил 22 русских и литовских своих конвентов и в том числе Киевский. Положено основание в Киеве и женскому доминиканскому монастырю, но он не состоялся. Ходыкевич пишет, что всех сих доминиканских по Руси конвентов ревностным покровителем был Ипатий Поцей, а Региналд, проповедник доминиканского конвента Киевского, по возобновлении оного присвоил ему многие маетности киевских граждан и православных монастырей190. Таким образом, Ипатий Поцей старался стеснять и истреблять православие равно католиками, как и униатами.

Между сим, православная церковь лишилась двух твердых подпор своих — острожского князя Константина Константиновича и Львовского епископа Гедеона Болобана, из коих первый, живши около 100 лет, скончался в 1606, а другой в следующем, 1607 году. С кончиной их упали три православных училища, воспитавшие многих защитников церкви: первое Острожское, заведенное помянутым князем около 1580 г.; второе Львовское, по благословению патриархов Константинопольского Иеремии II, Антиохийского Иоакима и Иерусалимского Софрония около 1586 г.; и третье Стря-тинское около 1596 года, по совету Александрийского патриарха Мелетия основанные Гедеоном. При всех сих училищах были и славянские типографии, из коих Острожская больше всех напечатала полезных православной церкви книг и между прочими первое издание Славянской полной Библии, вышедшее в 1581 г., в лист. Из стрятинских книг замечателен особливо Славянский Служебник, вышедший в 1604 г., в 4 листа, в Послесловии коего Гедеон описал и заведение сей типографии, и Требник 1606 года. Оставшаяся после смерти Константина Константиновича княгиня его с двумя сынами, Константином и Иоанном, и с подданными своими отступила от православия, сама в католическое, а подданные в униатское исповедание; третий только ее сын Александр скончался в православии.

Пережив сих двух сильнейших своих противников, Ипатий Поцей сделался еще дерзновеннее. Виленский Троицкий архимандрит Самуил Сенчила и протопоп Варфоломей За-шковский осмелились противиться ему и не давать ни кафедрального монастыря, ни других приходских в Вильне церквей, но он Сенчилу сменил и исходатайствовал у короля указ схватить его, а на место его определил архимандритом любимца своего Иосифа Велямина-Рутского и» всему городу Вильне грозил анафемой. Возмущенные сим Виленские восточного исповедания граждане сговорились было убить Иосифа, но, оставив сие намерение, подали жалобу на Порея в трибунал, который и решил было выслать из Вильны униатов, но Поцей исходатайствовал у короля указ от

8    июля 1608 г. об отдаче ему и кафедрального монастыря, и других церквей. Получив сей указ, в следующем 1609 г. приехал он в Вильну и 2 августа пошел с торжеством в церковь петь благодарственный молебен. Тогда на улице встретившийся с ним один мещанин, по имени Иван Тупека, замахнулся на шею его саблей и отрубил ему два пальца левой руки, отклонившей удар. Но и сей случай не усмирил его. Наконец, умер он 18 июля 1613 года во Владимире на Волыни, где имел он пребывание во все время митрополит-ства своего и вместе управлял сею спархиею.

В противность 76 правилу св. Апостол Ипатий еще при жизни своей, в 1611 г., сам избрал преемником себе вышеупомянутого любимца своего Иосифа Велямина-Рутского, бывшего тогда уже епископом-коадъютором его, и сие завещание его утверждено королем Сигизмундом и папою Павлом V. Но такие же завещания с тех пор делали и преемники Поцеевы.

Иосиф Велямин-Рутский был родом из русских Литовского Новогродка дворян, в юношестве своем отступивший сперва в кальвинское, потом в католическое, а наконец в униатское исповедание, пострижен в униатское монашество самим Поцеем в Вильне и определен был там архимандритом кафедрального монастыря, как выше сказано. Он не имел таких успехов, как предместник его, хотя и последовал его примеру в распространении унии. Важнейшим для оной делом его было с 1617 г. установление конгрегаций и высшей над всеми литовскими монастырями протоархимандрии в Виленском Троицком монастыре84 и учреждение главной униатской семинарии, утвержденное советом всего униатского духовенства в Кобрине (1626 г.). Два сии учреждения много 191 192 способствовали к подкреплению унии. Но для подкрепления себя и православные в защиту своего благочестия давно уже начали заводить при монастырях и церквах конгрегации, училища и братства; а под именем братства разумелись тогда не только действительно жившие в монастырях, но и подписавшиеся в пользу их и при них школ и богаделен вкладчики, благодетели, защитники и самые прихожане. На таком положении основаны были Киево-Братский монастырь и братство виленское Свято-Духовское, могилевское Богоявленское, полоцкое Богоявленское, пинское и другие. А Киево-Печерская Лавра в 1615 г. при архимандрите Елисее Плетенецком получила от короля прежние свои привилегии и возвратила отнятые Рагозою и Поцеем поместья свои.

В 1612 году скончался последний православный епископ, Перемышльский и Самборский Михаил Копыстенский, сотрудник Гедеона Болобана. Православные, лишась всех своих епископов и 26 лет не имея своего митрополита, обольщаемые только сеймовыми и королевскими обещаниями свободы вероисповедания своего, но со всех сторон лишаемые оной и стесняемые униатами, не знали уже куда обратиться с просьбою о посвящении себе православных архипастырей. Ибо польское правительство им в том совершенно отказало, а велело только о посвящении низшего духовенства относиться к одному недавно произведенному с позволения короля Волошским митрополитом Львовскому епископу Иеремии Тыссаровскому, который именовал себя и экзархом константинопольского Престола, по примеру и как бы по наследству предместника своего епископа Гедеона Болобана, а был ли он сам православный, неизвестно. Ибо в 1628 году, быв приглашаем на Киевский Собор против Ме-летия Смотрицкого, он не захотел на оный приехать.

Но в 1620 году среди Великого Поста прибыл через Белоруссию в Киев возвращавшийся из Москвы Иерусалимский патриарх Феофан и остановился на Подоле в гостинице Братского монастыря. Православные сперва не смели иметь с ним сношения, однако ж, когда патриарх предъявил данную ему от тогдашнего Константинопольского патриарха Тимофея с подписью и митрополитов многих грамоту, доверяющую ему в России, яко принадлежавшей издревле к иерархии Константинопольского патриаршества, исправлять все иерархические дела (по силе коей доверенности он и в Москве посвятил патриарха Филарета), а при том представил и данного ему от Константинопольского патриарха в провожание посланника, или экзарха, Арсения, архимандрита Великой церкви; паче же, когда и сам король польский Сигизмунд III, услышавши о прибытии его в Киев, через канцлера Жолкевского от 5 мая 1620 г. предписал киевским гражданам принимать его с почтением и через того же канцлера от того же числа повелевал всем украинским и подольским жителям проводить его честно, безопасно и с пособием до Каменца или куда инде; а от 30 июля прислал ему открытую подорожную через своего коморника Пачановского, назначенного провожать его, подтверждая всем чиновникам украинским и волынским помогать ему неукоснительно и отпускать, яко мужа почтенного и никаких неприятностей ему не делать;а от 1 августа того же года сам писал к нему благосклонное письмо, признавая его Иерусалимским патриархом, снисходя на все его просьбы и даже приглашая его ко двору своему, если не имеет затруднений83; тогда православное киевское духовенство и гражданство с сим патриархом вошли в сношение и жаловались ему на лишение свое православных архипастырей, но решения от него еще не получили, а только двумя грамотами своими от 17 и 26 мая 1620 года утвердил он братство Богоявленское, тогда недавно еще в Киеве основанное, и пожаловал оному право ставропигии патриаршей, благословил завести в оном училище на эллино-славянском и латино-польском языках и присовокупил к оному Братство милосердия, т. е. странноприимное, после обратившееся в бурсу академическую. Около года жил он в Киеве, и когда к Киево-Печерскому храмовому празднику Успения Пресвятая Богородицы по обыкновению съехалось множество православного из разных мест духовенства, народа, бояр и запорожских Козаков с чиновниками и гетманом их Петром Конашевичем Сагайдачным, то все неотступно, а особливо козаки, начали просить патриарха поставить им православного митрополита и епархиальных епископов. Основанием сей просьбы представляли они Сеймовые польские Конституции 1607, 1609 и 1618 г., определявшие свободу вероисповедания греко-российской церкви, и пример прежних Константинопольских патриархов, присылавших в Киев самими ими избранных митрополитов. Патриарх склонился на их просьбу и в самый день Успения Богородицы посвятил в Киево-Печерской Лавре Иова Борецкого, игумена Киево-Михайловского монастыря, в сан православного митрополита Киевского, а потом еще двух, Мелетия Смотрицкого, архимандрита Виленского и ректора тамошней школы, на архиепископию Полоцкую, Витебскую и Мстиславскую, а Иосифа Курцевича на Владимирскую епископию. После того и на прочие епархии епископов: Иса-

йЬ Все сии грамоты и другие, писанные к патриарху от польских чиновников, напечатаные в книге Jusiificacia і Werificatia Niewinnosci, издан, в Киеве, 1621 и 1622 г. в 4 листа.

акия Борисовича Черчицкого в Луцк, Исайю Копинского в Перемышль, Паисия Ипполитовича в Хелм, Авраамия Сто-гонского, грека, в Пинск. Все сие происходило в Киеве спокойно и без всякого помешательства. 7 января 1621 г. патриарх Братскому монастырю дал еще поучительную грамоту, в коей увещевал остерегаться отступников и еретиков, и потом выехал из Киева за границу86.

Но возобновленное им учреждение православной Киевской иерархии встревожило униатских епископов. Вскоре по отъезде его подали они донос королю, что, якобы, Феофан, бывший в Киеве, самозванец-патриарх, присланный от султана шпионом и подустителем малороссийского народа к измене, и что посвященные им митрополит Борецкий и епископы Курцевич и Смотрицкий соумышленники его, что посвящение всех их незаконно, ибо без согласия и утверждения королевского, и проч. Король Сигизмунд III, не исследовав сего доноса, немедленно из обеих своих канцелярий, Коронной и Литовской, издал универсалы, или окружные указы, с объявлением всех новопосвященных епископов изменниками и с повелением ловить их и представлять в суды, а униаты разглашали то же и о всем вообще православном русском народе. В сие время попущением киевского воеводы Фомы Замойского в самом Киеве начались грабежи церквей и монастырей, и при сем случае новозаведенное в Братском монастыре училище потерпело разорение. Гетман Конаше-вич едва мог спасти остатки его и с помощью других православных приступил к возобновлению сего заведения. В то же время братство Виленского Свято-Духова монастыря от 5 апреля 1621 г. издало целую книгу, сочиненную Мелетием Смотрицким, в оправдание невинности патриарха Иерусалимского Феофана и посвященных им епископов с изъяснением прав русского народа избирать себе пастырей и утеснения им от униатов. Со своей стороны митрополит, видя опасность для самого себя, на следующий Сейм, 1621 г., к королю отправил для оправдания своего Иосифа Курцеви-ча, епископа Владимирского и Брестского, которого король, выслушав, отпустил с приказанием, дабы и прочие явились. Но митрополит, опасаясь униатских козней, за лучшее рассудил послать к королю еще на письме от 6 декабря 1622 г. оправдание свое и всех своих епископов87. В следующем, 1623, году и литовские православные духовные и миряне съехавшемуся в Варшаву на Генеральный Сейм польскому и 193 194 литовскому Сенату подали еще особенную свою напечатанную просьбу, в коей, горестно жалуясь на двадцативосьмилетнее со времени введенной унии нестерпимое себе во всем притеснение, гонение и обиды, ссылались на все прежних королей данные привилегии и свободу, обещанную греко-российскому исповеданию, исчислили всех поименно из униатского духовенства своих гонителей и особенно бесчеловечные даже над погребенными православными телами надругательства Полоцкого архиепископа Иосафата Кунцевича, тогда в живых еще находившегося, и объявили решительно, что они не хотят повиноваться отступническим пастырям, а просят оставить себя в послушании православным, недавно посвященным, и не лишать их епархий195.

Избранные труды по истории Киева, Митрополит Болховитинов Е., 1995









© Copyright 2013-2015

пишите нам: webfrontt@gmail.com

UA | RU
тор браузер на русском