ПЕЧЕРСК


тор браузер на русском
 НОВГОРОДСКИЕ ЗЕМЛЕДЕЛЬЦЫ И КУПЦЫ

НОВГОРОДСКИЕ ЗЕМЛЕДЕЛЬЦЫ И КУПЦЫ

По следам древних культур. Древняя Русь

Наряду с ремеслом больших успехов достигло в Новгороде сельское хозяйство. Расположенный на малоплодородных землях Новгород постоянно зависел от привоза хлеба извне, чем иногда пользовались враги Новгорода, закрывая дороги подвоза сельскохозяйственных продуктов и обрекая город на голодание.

Впрочем, в самом Новгороде занятие сельским хозяйством не было основным делом горожан. Система городских усадеб, вскрытая раскопками, позволяет установить значительное развитие животноводства. Остатки стойл для скота наблюдаются на подавляющем большинстве вскрытых участков. Число найденных фрагментов костей домашних животных;, в первую очередь коровы и лошади, достигает десятков тысяч.

Злаки возделывались главным образом за пределами городской черты. Но и в самом Новгороде обработка земли в какой-то мере существовала. В 1951 году на Неревском конце был раскопан амбар с запасом зерна. Зерна было так много, что потребовалось несколько грузовых автомашин, чтобы перевезти его в лабораторию экспедиции. Были найдены зерна ржи, пшеницы, ячменя, конопли, проса, овса. Важные сведения будут еще получены при изучении состава сорняков, что позволит определить агрономическую систему земледелия. О составе культур уже сейчас можно сказать, что преобладающую роль играли рожь, ячмень, пшеница, меньше культивировались конопля, овес и бобовые. Больших успехов достигли также огородничество и садоводство.

Новгород торговал с далекими странами. Из найденных привозных вещей следует отметить банную средиземноморскую губку й скорлупу грецких орехов — свидетельства связей с далеким югом. Факты, говорящие об обширной торговле Новгорода, выясняются самым неожиданным путем. В былине о Василии Буслаеве рассказывается, между прочим, о

16 Древняя Русь

241

«девушке-чернавушке», как «та девушка-чернавушка на Волх-реку ходила по воду». Ведро у нее было кленовое, коромысло кипарисовое. Долго казался просто экзотическим вымыслом рассказ о кипарисовом коромысле. Но вот по окончании раскопок 1951 года на Холопьей улице все деревянные предметы, найденные экспедицией, были даны для определения их древесных пород крупнейшему знатоку древесины проф. В. Е. Вихрову. Клепка обыкновенного ушата оказалась сделанной из. южного дерева тисса. Гребни, найденные в Новгороде в большом количестве, украшенные типичным новгородским орнаментом — циркульными глазками, оказались самшитовыми. А самшит растет на Кавказе и в Крыму. Рассказ о девушке-чернавушке убедительно подтвердился новыми открытиями, говорящими о привозе в Новгород ценных пород дерева из далеких стран.

С далекого северного моря привезена найденная в раскопе на Не-ревском конце моржовая кость. Кость моржа («рыбий зуб») высоко ценилась в древней Руси. Она также упоминается в новгородских былинах. При раскопках на Неревском конце было найдено миниатюрное деревянное изображение тюленя. Из Прибалтики был привезен янтарь для многих украшений.

Широко был развит и внутренний товарообмен. Без него немыслима была бы отмеченная выше сильная дифференциация ремесел.

Требования развитой торговли влекли за собой совершенствование орудий измерения. Так, найдены были небольшие весы для взвешивания ценностей. В довоенных раскопках кремля такие весы были обнаружены в купеческом кошельке XI века вместе с набором разновесов. В 1951 году впервые найдена большая железная гиря весом точно в 6 фунтов, предназначенная для весов так называемого римского типа, на которых можно взвешивать груз сорокократной тяжести. Регламентированием и наблюдением над мерами и орудиями измерения занималось известное новгородское купеческое объединение — Иваньское Сто. О нем говорится в уставе князя Всеволода Мстиславича XII века. В 1948 году на Ярославовом Дворище была найдена прямолинейная планка правильной формы с процарапанной на ней надписью: «Святого Иеваноск..,». Планка эта, как явствует из надписи на ней, оказалась орудием измерения — «иванским локтем» — вроде позднейшего деревянного аршина. Оригинал этого локтя хранился в церкви Ивана на Опоках, недалеко от Дворища. По форме букв находка относится как раз к XII веку. К сожалению, планка обломана, и это не позволяет точно выяснить длину иванского локтя.

КАК ОПРОВЕРГАЮТСЯ СТАРЫЕ ПРЕДСТАВЛЕНИЯ

Изучение особой темы — о грамотности средневековых новгородцев — стало возможным только благодаря археологическим раскопкам. Долгое время в науке господствовало мнение о том, что лишь немногие русские люди в древности умели читать и писать, что грамотность была достоянием узкого слоя образованного общества. Исследованиями советских археологов это мнение опровергнуто. В Новгороде найдено множе

242

ство надписей на обычных бытовых предметах, и эти находки свидетельствуют о широком распространении грамотности среди простых ремесленников древнего Новгорода.

В 1951 году на нижнем бревне одного из срубов XIV века, стоящих на Холопьей улице, была обнаружена древнерусская цифра «А» (1), вырубленная топором. Сруб, как видно, был заготовлен где-то на стороне, после чего венцы его были перемечены не обычными зарубками, а настоящими цифрами, имевшими тогда буквенные обозначения, затем разобран и после перевозки снова собран на новом месте.

В 1947 году была найдена женская сапожная колодка, помеченная именем заказчицы — «Мнези», а в 1948 году — мужская колодка с инициалом заказчика — «Р». Значит, существовали не только грамотные плотники, но и грамотные сапожники.

В том же 1948 -году удалось обнаружить крышку бочки с именем владельца — «Юрищина», в 1951 году — крышку бочки с надписью «Мнь». Слово «мнь» читается как «мень» — так назывался в древней Руси, да и сейчас называется в некоторых областях налим. Бочка с солеными налимами принадлежала в XII веке грамотной хозяйке, пометившей ее для того, чтобы не перепутать с другими бочками.

Надписи найдены и на других предметах: на днище чаши вырезано «Смова», на оселке — «Осла Семена Александровича», на обломанной деревянной планке — «Святого Иеваноск...», на шиферном пряслице — «Фенище...», на костяной стреле — «Ват», на одном берестяном поплавке — «Бжь», на другом — «Фи», на моржовой кости — «Домо». Последние четыре надписи являются началом имен владельцев и свидетельствуют о грамотных воинах и рыболовах.

Новгородские ремесленники были знакомы не только с русским письмом. Хорошо известны греческие надписи на новгородских печатях XII—XIII веков, а в 1951 году была найдена латинская надпись, сделанная на узкой медной пластинке с дырочками для прикрепления. Начало и конец надписи обломаны, а на сохранившейся части пластинки хорошо читается: «... X: те:Випз: аЬ ...». Эту часть надписи можно восстановить и перевести следующим образом: «Сделал меня Бурис от...». Пластинка оказалась подписью мастера к изделию. Такие подписи были распространены в средние века в Западной Европе. Самое интересное обнаружилось, когда стали определять, кто же такой мог быть этот загадочный Бурис. Анализ имени показал, что Бурис может быть только русским Борисом. Есть все основания полагать, что автором этой надписи был новгородец. Другой новгородский мастер, Авраам, был также знаком с латинским языком. В том же XII веке, к'которому относится надпись на пластинке, он перевел на русский язык надписи Магдебургских ворот Софийского собора, вывезенных в Новгород во время одного из походов новгородцев на шведский город Сигтуну.

Летопись рассказывает о началах образования в древнем Новгороде. Под 1030 годом в ней говорится о князе Ярославе, что он «прииде к Новугороду, собра от старост и поповых детей 300 учити книгам».

16*

243

300 учеников для такого раннего времени — очень большая цифра. О грамотных людях рассказывается и в былинах. Но эти свидетельства давали возможность говорить о распространении грамоты только в среде зажиточных слоев общества. Новые находки позволяют распространить данные о развитии грамотности и на широкие слои простых трудовых людей.


Назад Вперед







© Copyright 2013-2015

пишите нам: webfrontt@gmail.com

UA | RU
тор браузер на русском